Ничего.

Но что же тогда так сильно кольнуло его? Наверное, ему все это почудилось. Может, смерть Пятнистой Звезды настолько сильно всколыхнула Звездное племя, что горечь предков пронзила воздух? Или церемония посвящения Невидимки каким то об разом затронула его — может, он почувствовал ее боль и ужас, которыми всегда сопровождается процесс передачи девяти жизней?

«И ты в это веришь?» — спросил внутренний голос.

Воробей нахмурился. Почему бы и нет? Смена предводителя — это очень важное событие в жизни племени, возможно, оно должно каким-то образом отразиться на нем.

Он снова прошелся вдоль разложенных трав. Острая боль постепенно стихала, превратившись в тупое жжение. Листья отлично сохли под легким ветерком, проникавшим сквозь ежевичный полог палатки, и солнца тоже было вполне достаточно. Теперь оставалось только ждать. Значит, можно сходить и проведать котят Маковки.

Перепрыгнув через листья, Воробей вышел из пещеры, и плети ежевики ласково погладили его по спине. Огнезвезд дремал на Каменном карнизе, положив голову на зазубренный выступ скалы, сонное дыхание предводителя легким парком колыхалось в прохладном утреннем воздухе. Песчаная Буря лежала рядом с другом. Воробей слышал, как тихо шуршит их шерсть в такт равномерно вздымающимся и опадающим бокам. Он знал, что иногда, когда все остальные коты спят, пред- водитель и его подруга тайком покидают лагерь и бега- ют вдвоем по озаренному луной лесу, подставляя шкуры свету далеких звезд. Вот и сейчас воспоминания о такой охоте вплелись в сон Огнезвезда, и Воробью передалась радость предводителя, который наслаждался недолгой свободой в ночном лесу вместе с подругой, оставив все тревоги о Грозовом племени за колючей стеной лагеря.